Апартаменты в России.

ОСТРЫЕ УГЛЫ СФЕРЫ УСЛУГ.

				
				
				
   ОСТРЫЕ УГЛЫ СФЕРЫ УСЛУГ.
   Былые проблемы отечественного сервиса приобрели новое качество
невнимания к клиентам.
   Если вспомнить советские времена, именно тема обслуживания
наших сограждан была наиболее открыта для острой социальной
сатиры. Притчей во языцех стали тогда грубые продавцы и ловкие
официанты, черствые администраторы гостиниц и равнодушные
начальники ЖЭУ, хамоватые водопроводчики и нахальные таксисты...
Казалось, стоит нам только переломить ситуацию в службах сервиса,
избавиться от присущих им недостатков, поднять их на современный
уровень - и все мы в тот же час заживем лучше, преодолеем
дефицитный характер распределения товарной массы, поднимем тонус
общественных настроений до удовлетворяющего людей высокого
качества жизни.
   Увы, прежние социалистические иллюзии не оправдались даже с
приходом новых рыночных времен. Хотя условная вежливость к
клиентуре теперь действительно утверждается как норма
обслуживания (по крайней мере, в лучших сервисных службах,
дорожащих фирменным имиджем), однако у самой этой сферы стали
резко проявляться другие болезненные углы, что лишний раз
подтверждает чисто экономическое происхождение многих подобных
неурядиц.
   Лично меня такие вот неприятные мелочи быта просто вынудили
вернуться к столь обобщающей мысли. Взять хотя бы последний
пример. Сломалась у моих очков дужка. Чтобы их починить я,
естественно, обратился в специализированную "Оптику", где мне как
раз делали сам заказ на очки. Но, к моему удивлению, меня оттуда
(кстати, вполне вежливо) выпроводили. Оказывается, от них ушел
мастер, который занимался этими мелкими поломками.
   Видать, его не устроила система оплаты труда за этакую
"мелочевку", что относится именно к экономическим категориям.
   Но куда ж тогда податься мне, бедному очкарику? Посоветовали
искать частника по телефону - это ради злосчастной дужки-то,
которую при наличии терпения я и сам бы мог закрепить подходящей
проволочкой! Благо, утверждение сервисной конкуренции в этом
случае без проблем выручило. Тут же, на улице Антикайнена,
обратила на себя внимание вывеска маленькой мастерской по починке
сумок да зонтов, где мне не отказали в любезности заклепать дужку
всего за пятерку. Наверное, тот мастер уйдет в похожую контору,
где будет сдельно получать за любой сделанный им мелкий ремонт.
   Гораздо хуже получилось с новенькими полуботинками, купленными
в конце лета на древлянском рынке "Ягуар". Понятно, что они
привлекли меня и приличным видом, и недороговизной. Товарная
марка "Roobins" с некой дополнительной затейливой вязью,
свидетельствовавшей о "классическом" стиле производителя, явно
успокаивала надеждой хотя бы на годовую гарантию ношения башмаков
в демисезонье...
   Вспомнить об анекдоте, что подобный импорт у нас всегда делали
на Дерибасовской, пришлось буквально на третий день. "Шузы"
оказались классическим "дерибасом". Тоненькие перегородки в полой
подошве моментом проломились. Оказавшись в то время в
командировке в Москве, я пытался забить образовавшиеся полости
пыжами из газет, потом - кусочками поролона. При ощущении боли в
натертых мозолях всякий раз клял вежливую продавщицу, которая
всучила мне ботинки с лучшими рекомендациями: "на них еще никто
не жаловался", но саму ее на нашем рынке с тех пор уже не
встречал.
   Да и какие рекламации я мог ей предъявить, если купил товар
без обязательного чека и сам же нарушил правило, коему упрямо
следовал прежде: если не слишком богат, не покупай дешевые вещи?
Экономический механизм наколки в том и состоит: скупой платит
дважды. Попался на обман - придется расщедриться на новые траты.
Вот только беда, что к весне я подзабыл о всех тех мудрых
выводах, достал на день рождения все еще внешне годные корочки,
додумался уехать в них на выходные в Питер, где уж совсем
обезножел от свежих мозолей, превратив ожидавшийся праздник
встречи с городом юности в настоящее мучение дальних переходов -
с соответствующе гневными мыслями о борьбе за права потребителей
в рыночных условиях.
   Окончательно меня добила история с древлянским филиалом
сбербанка. Лишь успел я вернуться из северной столицы, как меня
огорошил телефонный звонок из Москвы: высланная мне редакцией
"Независимой газеты" зарплата во второй раз вернулась туда из
Карелии без зачисления на мой счет. Первый раз это было в марте и
объяснялось сменой реквизитов нашего банка, связанной с его
реорганизацией в "Карельский банк СБ РФ". Правда, меня, как
рядового клиента, никто о том своевременно не известил. Только
после возврата того платежа по моему собственному настоянию мне
выдали в филиале квиток с новой цифирью, но опять-таки не
удосужились предупредить, что также ожидается изменение счета
сберкнижки. Из-за этой мелочной невнимательности я уже третий
месяц не могу получить кровно заработанные деньги и скоро совсем
останусь на бобах.
   По натуре человек не скандальный, тут я начинаю внутренне
закипать. Что ж такое творится, господа-товарищи? Никакой управы,
что ли, нет на весь этот сервисный беспредел? Красные стояли при
власти - грабили. Белые пришли - еще хлеще грабят.
   Без того уж сберегательные вклады обесценили гайдаровским
экспериментом так, что накопленные за десяток лет пять с лишним
тысяч рублей я потом просто отдал на строительство Храма Христа
Спасителя. Затем финансовым дефолтом 98-го года всю страну вновь
обокрали. А тут и вовсе решили с индивидуальным подходом меня до
ручки довести?
   В суд мне, что ли, на банк прикажете подавать? Какой же иначе
найти здесь правовой и экономический механизм воздействия на
солидное учреждение, в цивилизованном договорном порядке взявшее
на себя обязательства по финансовому обслуживанию своего клиента,
коего в чуть изменившихся обстоятельствах готово вдруг бросить на
гвозди?
   Разумеется, в нормальной стране достаточно было бы попросту
перейти в другой, более надежный банк. Однако у нас-то, в России,
нет никакой уверенности в том, что тот, другой, не лопнет быстрее
этого, полугосударственного. К тому же именно со сбербанком
заключен многоцелевой договор нашей московской редакцией - и тут
уж мне от его столь ненавязчивых забот совсем никуда не деться.
Выходит ведь, что этот острый угол сферы услуг происходит от
монополизма, от особого положения одного из банков на финансовом
рынке, что и порождает откровенное невнимание его мощной
разветвленной структуры ко всякой мелкой шелупони.
   Впрочем, можно вспомнить еще немало иных житейских мелочей,
которые сегодня доставляют нам разные по степени болезненности
неприятности. В непритязательных своих заметках о некоторых из
них автор лишь хотел обратить внимание на вполне рыночный
характер их происхождения, что в конечном счете должно бы
успокоить ощущением самой динамики изменений в наших отношениях
со службами сервиса, утверждением тех новых тенденций, которые
должны заставить нас притереться друг к другу в будущем. Чтобы ни
у одной из сторон не было потом повода сказать: за что боролись,
на то и напоролись...
   Андрей ФАРУТИН.